Thinking Plague

Биография
фото: 
Thinking Plague.jpeg
Участники: 
  • Bob Drake
  • Dave Willey
  • Mark Harris
  • Deborah Perry
  • Mike Johnson
Биография: 

Thinking Plague: История чумы.
От Майка Джонсона.

Thinking Plague как музыкальная группа - или тут будет уместно слово содружество - появилась приблизительно в 1982 году. Нашу музыку всегда было сложно описать словами. Одна из наших старых "биографий группы" начиналась так:

"Thinking Plague - музыкальная группа из Колорадо, которая исследует пограничные земли, где встречаются рок, фолк, джаз и современная симфоническая музыка. В результате этих исследований группа создала "жанр музыки самой в себе, как результат смелого поиска и волнующих новшеств в устаревшей атмосфере настоящей оригинальности". (Энди Уотс, журнал Wired, лето 1990). Музыка Thinking Plague сочетает в себе лиричность с замысловатыми ритмическими и гармоническими идеями. Корни их музыки уходят в огромный спектр музыкального наследия - от The Beatles и Byrds к Henry Cow и Уильяму Шуману. Иногда Thinking Plague может начать композицию как поп-песню или джазовый стандарт, но вскоре она плавно переместится в области, которые даже сложно обозначить. Песни, зачастую, можно сравнить с современной музыкой для фильмов и можно рассматривать как путешествие во внутренний мир".

Этого достаточно для того, чтобы дать определенное представление о группе. Существование и активность группы всегда были вещью непостоянной, периоды активного композиторства, записей, выступлений следовали за долгими днями спячки. Основной причиной для этой "не-групповой" карьеры является фактическая невозможность музыкантов группы полностью обеспечивать себя при помощи заработков в рамках Thinking Plague. Мы ясно представляем, что нам никогда не повезет и мы не получим широкую известность не только среди кучки фанатов, которые по-настоящему высоко оценивают нашу музыку. Как результат того, что музыка Thinking Plague очевидно недоступна среднему слушателю, мы вынуждены работать на другой постоянной работе, более оплачиваемой. Или стараться выжить посредством участия в более... ммм... "коммерчески ориентированной" деятельности, как, например, преподавание музыки и участие в качестве сессионных музыкантов в записях других групп. Все мы играем также и в других коллективах и проектах, иногда достигая определенной известности и относительного успеха. Никто из нас еще не получил какой-либо выгоды от продажи дисков группы Thinking Plague, концертных гонораров и зарплаты от выступления в различных музыкальных мероприятиях. Большинство денег возвращается в группу - на оплату аренды, покупку нового оборудования.

Вопреки такому отвратительному положению вещей в мире, костяк группы - это очень талантливые музыканты, которые остаются преданной частью группы. Они друзья и коллеги и действительно любят свою работу. Как так называемый "лидер" и единственный музыкант, который был у истоков группы, я хочу поблагодарить их от всей души за удовлетворение моих музыкальных страстей.

Для тех, кто заинтересовался как появилась группа Thinking Plague (Разумная Чума), вот небольшая ее история.

Ранние дни: Нерест...

Начиная с 1980-го года Thinking Plague выросла из экспериментов басиста, барабанщика и звукорежиссера Боба Дрейка и моих. Я - самоучка "прогрессив-рок гитарист" и "композитор". Мы с Бобом встретились в 1978 году и играли в различных "кавер"-группах и других странных объединениях. В 1982 году мы организовали ансамбль, чтобы вынести наши творения на суд толпы. Мы позвали своих друзей - Шерона Бредфорда, имеющего образование по классическому вокалу, весьма известного клавишника и басиста Гарри Флейшмана и моего старого одноклассника барабанщика Рика Арсено. Этот состав поучаствовал в нескольких типичных неудачных выступлениях в Денвере в 1982 году, в том числе в так называемом "Фестивале Джека Керуака" в Mercury Cafe. Поэт Аллен Гинсберг подошел ко мне и сказал "Вау! Это похоже на Стравинского с барабанами". Однако обычный отклик на наше выступление было страстное приветствие следующей группы и крики девушек "Убирайтесь!". Похоже, Денвер не был готов к Чуме...

После того, как от наших концертных выступлений потихоньку отказались, Боб и я стали стремиться к тому, чтобы записать альбом при участии Шарон в качестве вокалистки; Гарри, игравшего на клавишных, ну и нас с Бобом. Запись происходила на новеньком 8-ми дорожечном магнитофоне, под названием Packing House Studios на бывшей территории какой-то скотобазы на севере Денвера. Это был грязный и мрачный подвал, в котором мы торчали до утра, создавая
свою странную музыку. Прошел практически год, в течение которого мы изредка собирались вместе и записывались, прежде чем все было сыграно и
сведено. А после этого сидели еще несколько месяцев с мастер-лентой на руках, не зная куда ее девать.

В конце концов, мы решили все сделать сами, несмотря на кошмарное качество получавшихся пластинок. Мы наскребли и назанимали немного денег, и в 1984 году выпустили первую пластинку под названием "...A Thinking Plague" на собственном лейбле Endemic. Наш первый и единственный виниловый альбом вышел тиражом в 500 копий. Каждую обложку Боб лично украсил при помощи трафарета и распылителя. На одной стороне был изображен москит, на другой - жук. (Все это было ужасно дешево, рисунок легко можно было содрать ногтем, но сейчас это ужасно дорогой раритет для меломанов). Мы были очень удивлены, когда дистрибьюторы вроде Wayside и Recommended согласились продавать наши диски и все, кроме дефектных копий, были проданы по всему миру. И, вопреки предельно низкому бюджету диска и кошмарного качества "сделай-сам" записи, альбом "A Thinking Plague" был достаточно успешно воспринят критиками (Option, Sound Choice и другие) и посеял семена репутации Thinking Plague в души поклонников авант-рока и RIO.

Личиночная стадия: высокое качество/низкое качество...

С целью создания более мощных записей и неудовлетворенные талантом первого состава, я и Боб расформировали нашу "концертную" группу после менее чем удачных моментов 1983 года. После некоторой сумятицы, включая участие в другой группе и всех этих дел с первой пластинкой, мы в 1985 году начали писать материал для нового альбома (Packing House закрыли и мы трудились в некоторых дешевых местах в Денвере, в таких как Reel Audio и Free Reelin' Studios). Мы хотели получить более "высокотехнологичный звук", без потери нашего "низкого бюджета", когда в дело идет вся дешевая аппаратура и техника, которая нам нравилась. Мы называли все это "высокая технология/низкая технология".

Тем временем нам была нужна новая группа. Мы занялись поиском нового вокалиста, одаренного очень оригинальным талантом и уникальностью, которой требовала наша музыка, тот, кто мог привнести в нее новое "нечто". Одна наша знакомая певица жила и выступала в Денвере, это была Джилл Собьюл, которая позже станет известной исполнительницей собственных песен и даже попадет на MTV в 1995 году со своим хитом "I Kissed a Girl". Джилл пела от случая к случаю в другом проекте Боба - Bruce Odland Big Band (интересно, что тут также участвовали и другие будущие члены TP - Марк Фаллер и Эрик Мун, а последний помог Джилл записать в 1988 году ее первый диск). По правде говоря, ее стиль был слишком попсоват для Thinking Plague, но у ней был отличный тембр, техника и диапазон голоса. И мы решили, что это должно сработать, что ее голос неплохо подойдет нам. Она уже практически согласилась петь для Thinking Plague, как внезапно в дело вмешалась само мироздание.

За несколько лет до этого, Боб и я некоторое время сотрудничали с юной певицей и автором песен по имени Сюзан Льюис, которая скорее тяготела к андерграунду и панку. Ее искренний, чистый голос был определенно уникален а слушала она еще лучше. Короче, когда Джилл Собьюл согласилась на концерт, Сюзан вернулась в Денвер из Лондона, где она прожил год или около того и тусовалась с музыкантом из группы Ника Кейва. Боб моментально вышел с ней на связь и та согласилась с нами петь. Состав довершили еще один наш денверский друг по имени Марк Фаллер, игравший на барабанах и клавишник Эрик Мун (также известный как
Якобсон).

Проект начался с перезаписи нашей старой песни Warheads, написанной в качестве эзотерической песни протеста в 1980 году во время так называемого "Кризиса Иранских Заложников". Мы записывали эту вещь до этого дважды - на чердаке у друзей на четырехдорожечный магнитофон и с предыдущим составом в "Packing House", которую мы не довершили, так как чувствовали, что выходит не совсем то, что мы хотели бы. На этот раз мы соединили старую драм-машинку, которая
была на Free Reelin' Studios c цимбалами Марка Фаллера и одни из первых электробарабанов Simmons Drums. Было известно, что звучали они кошмарно, но Фаллер как-то умудрился сделать так, что они зазвучали очень интересно (кстати, он пользовался ими при записи "Thorns of Blue and Red/The War"). К полученному мы добавили звуки новой Ямахи DX7 Эрика, кучу дешевых и не очень эффектов, наше пренебрежение к правильному способу производства и скрипку! "Высокие технологии/низкие технологии". Остальные мелодии на альбоме - это записаны "вживую" на складе в 1986 году, "домашние записи" Сюзанны и Боба и еще одна
студийная песня "Moonsongs". Для нее мы позвали еще одного друга Марка МакКойна, чтобы добавить "индейских барабанов", а также записать свой чертовски дешевый семплер Electro-Harmonix, подключенный к клавиатуре Casio через шнурок. В общем, получился сплошные "высокие технологии/низкие технологии".

В 1986 году мы выпустили второй альбом Thinking Plague - "Moonsongs". На этот раз это была просто кассета - мы вновь выпустили ее на Endemic, которым владел к тому времени наш же друг Арни Свенсон. Позже он превратится в Prolific Records, который станет выпускать Corpses as Bedmates, Hail, Рона Майлза и Дэйва Уилли из Hamster Theatre. Сейчас же Prolific закрылся, так что не перепутайте с одноименным хип-хоповым лейблом. На следующий год группа подписала контракт с лондонским отделением Dead Man's Curve Records (ныне также покойным) и Moonsongs вышли на пластинке и вновь были распространены Recommended и Wayside. К нашему огромному удовольствию Option Magazine назвали запись "ошеломляющей" и вообще, она получила оглушительный успех у критиков - у тех критиков, кто интересовался подобной музыкой - это ускорило рост Thinking Plague в авант-роковых кругах. Тем временем в 1987 году к нам присоединился пианист и кларнетист Лоуренс Хусет, с ним мы выступили на нескольких концертах, в том числе однажды мы разогревали Sonic+Youth. А после этого начали работать над новыми записями. Эта жизнь и дальше.

Тем не менее, к концу 1987 года Фаллер и Якобсон нас покинули, оба почувствовали необходимость участвовать в более "жизнеспособной" музыкальной деятельности (и оба вскоре в ней разочаровались, проведя годы в тщетной попытке занять какую-нибудь нишу в музыкальной индустрии Лос Анжелеса). Через несколько месяцев ушел и Лоуренс, у него были какие-то личные причины для этого, в результате нам понадобился какой-нибудь "духовик" и мы обратились к основателю Bruce Odland Big Band, другу Боба саксофонисту Марку Харрису, и тот присоединился к нам. Так у нас появились духовые инструменты - кларнет, саксофоны, флейта - которые стали неотъемлемой частью нового звучания. Еще один "классический" музыкант Шейн Хотл стал играть у нас на клавишных, а
Мария Моран - молодая гитаристка-студентка, мой хороший друг - стала нашей басисткой, Боб играл на барабанах. (Мы надеялись с этим ансамблем поиграть на многих концертах, но, увы, не получилось)

Для этого нового состава я написал коллекцию новых, как я их назвал, "художественных песен", плотно работая с Сюзан Льюис, которая написала стихи и большинство вокальных мелодий. Сюзан также написала для нас новую песню "The Guardian". Она посчитала, что эта песня больше подходит для нас, чем для другого проекта с Дрейком и Хэйлом, который перерос в Corpses as Bedmates.

Мы записали практически всю песню Organism в 1987 году с концертным составом. Мун играл на синтезаторе, Фаллер на табле и прочих африканских и балийских перкуссионных инструментах. Боб добавил какую-то экзотически звучащую скрипку, на которой он только что научился играть (сам научился, кстати). В то же время, с начала 1988 года мы стали ходить по разным студиям и искать, где бы записаться. Новый альбом был готов к лету 1988-го.

Примерно в то же время Крис Катлер проезжал с гастролями через Денвер с группой Pere Ubu. Я пришел к ним на концерт и встретился с Крисом в гримерке, где отдал ему кассету с нашим новым альбомом прямо перед тем, как он убежал на сцену. Поразительно (мы были фанатами ReR), но через несколько недель Крис написал нам и предложил выпустить наш новый материал в качестве первого американского диска его лейбла ReR. С 1989 года этот диск под названием "In This Life" получил большую популярность по всему миру и приобрел определенную славу и почет среди ревностных почитателей авант-рока. Критикам тоже он понравился. Boston Rock назвали альбом "ошеломительным". Ear Magazine заявили, что "Thinking Plague забрались в уникальную нишу". Очень позитивная рецензия на наш диск появилась вместе с 4-х страничным интервью и в Option Magazine, ведущем авант/андерграундном журнале того времени. Мы решили, что вот наконец-то достигли чего-то. Мы писались на любимом лейбле и получили признание, которого не было до этого. Но, как часто бывает, положение вещей изменилось.

Развязка - преждевременная "музстрация".

Прямо перед In This Life, который был выпущен осенью 1989 года существование Thinking Plague, как выступающей группы, изменилось в силу простых жизненных обстоятельств. Сюзан Люис решила бросить Денвер и уехать в Нью-Йорк, преследуя собственные музыкальные цели. Таким образом, нам понадобился новый вокалист, чтобы заменить Сюзан. По иронии судьбы, единственная вокалистка, которая пробовалась в наш состав, была Дебора Перри, ставшая в последствии нашей певицой. Нам ее порекомендовал Дэйв Уилли, также будущий участник TP. У Дэборы был отличный слух и она прекрасно себя проявила на прослушиваниях в песне Lycanthrope. Но тогда мы этого не услышали, так как нам нужна была только Сюзана. Решив, что она незаменима, мы попытались работать с ней дистанционно, что тогда было достаточно сложно осуществимо. Некоторое время спустя, почувствовав жуткий музыкальный голод и ощущая, что Thinking Plague не двигается в нужном ему направлении, Боб решает переехать в Лос-Анджелес. Здесь он собирался жить за счет работы звукорежиссером (что он и делал на протяжении пяти лет, впрочем). Для него это было здорово, конечно, но Thinking Plague распались

Вскоре после того, как Боб благоустроился на новом месте, он подключился к проекту Дэйва Кермана 5uu's - одной из самых лучших авант-роковых групп в мире. Керман был поклонником Thinking Plague и его энтузиазм привел к тому, что мы заинтересовались в его услугах, как барабанщика. Вопреки расстояниям, группа воссоединилась вновь - теперь с Бобом, Дэйвом, Сюзан, ну и нас с Шейном и Марком. Мария унеслась по жизненному пути дальше с другими группами и другими интересами.

Так начался период бесконечных удаленных репетиций, редких концертов и нескольких записей, который длился несколько лет. На протяжении этого времени Дрейк начал работать с 5uu's как вокалист, басист и гитарист. В 1994 году они закончили альбом "Hunger Teeth", который позже стал вехой в истории современного американского RIO. Так же в тот период Хайл записал диск "Kirk", также вышедший на ReR, и гастролировал по Европе с Крисом Катлером на барабанах и Билом Джилонисом (The Work) на гитаре (первый диск Turn of the Screw Хайл записал еще до того, как уехал из Колорадо).

В 1995 году Дэйв Керман и Боб Дрейк жили на старой ферме во Франции, которой владел Крис Катлер и звукорежиссер и художница групп Henry Cow/Art Bears "Мэгги" Томас. Ферму превратили в студию Studio Midi Pyrenees (теперь она зовется Maison Isole). Создание этой студии стало еще одним вмешательством Вселенной в нашу общую музыкальную жизнь. Как вспоминает Боб:

"Это была идея, к которой мы пришли вместе - я, Крис и Мэгги. Еще до того, как я даже узнал об этом доме, как-то мы ехали в машине на гастроли и мы просто болтали... и я рассказал им о своей мечте жить в сельском доме где-нибудь и иметь там кучу студийной аппаратуры, чтобы записываться. Они сказали, что у них есть большой старый дом, где никто не живет. Мы потрепались еще немного, решили вложить немного денег и сделать из дома студию. И вскоре все это осуществилось!"

Так в этом "льготно-музыкальном" домике 18-го века, милом и обветшалом, расположенном в пасторальной французской глубинке, они записали следующий диск группы 5uu's, удивительный "Crisis in Clay" (первый из важных записей, сделанных там).

Пока проект Thinking Plague был практически заморожен, с несколькими более-менее законченными песнями, меня пригласили весной 1995 года отправиться в концертное турне по 25-ти европейским городам с группой 5uu's. В состав входили Керман, Дрейк, Скотт Брезил из Cartoon на клавишных и я на гитаре и
стил-гитаре. Это было прекрасное время, но то был последний раз, когда я, Дрейк и Керман выступали вместе. После гастролей мы поняли, что у нас практически нет будущего, да и никто не пытался так уж ретиво восстановить группу Thinking Plague. Я вернулся в Штаты, серьезно подумывая о том, чтобы навсегда отправить Thinking Plague в историю.

Смерть и реанимация - следующая "следующая жизнь".

В 1996 году я присоединился к еще одной необычной авант-проговой группе моего соседа из Денвера - Hamster Theater. Вскоре я понял не только тот факт, что основатель этого коллектива Дэйв Уилли был гений, я понял, что он неплохо бы исполнял партии бас-гитары в новом составе Thinking Plague (для которого я уже писал новый материал, не смотря на все злоключения). И он тоже заинтересовался этой идеей и решил как-нибудь попробовать себя в этом амплуа. Я спросил, не знает ли он какой-нибудь певицы для нашей группы, и он порекомендовал мне свою старую знакомую Дебору Перри, тогда жившую в Портленде. Я отнесся к этому предложению весьма скептически, основываясь на воспоминаниях семилетней давности. Но Дэйв так настаивал, что я решил-таки дать ей еще один шанс. Она тоже
была не против попробовать еще раз, так что я отослал ей ноты и велел поработать над ними, я хотел посмотреть, согласится ли она работать с ним. И в этот миг вселенная улыбнулась Thinking Plague. Она действительно согласилась работать с нами и вскоре прилетела в Денвер, чтобы записать одну небольшую, но сложную песенку "The Aesthet" (она пришла к тому же в студию с насморком и жуткой головной болью). Так появился новый костяк группы Thinking Plague.

Способствуя очевидным планам Thinking Plague, вселенная продолжала помогать нам, и в 1996 году Дэйв Керман решил вернуться в США, но не в Лос-Анджелес, а
в Денвер. Для нас с Дэйвом было очевидно, что он просто должен стать новым барабанщиком Thinking Plague. Несмотря на то, что он долгие годы участвовал в жизни моей группы, в записях он не принимал участия пока никогда - а ведь он является одним из лучших авант-проговых барабанщиков мира. Марк Харрис все еще оставался нашим "духовиком", Шейн Хотл и еще несколько приглашенных музыкантов - клавишниками. Этот новый состав группы начал записывать мой самый новый материал и недоделанный старый. Все было готово к весне 1998 года. Истощенный написанием музыки, репетициями и записью, я решил довериться одному моему хорошему знакомому и оставить сведение полностью на его усмотрение. Готовый материал я отослал Бобу Дрейку в Studio MidiPyrenees, где он сам свел все за две недели, без какого-либо моего или других членов группы участия. Все это, плюс пара старых пересведенных композиций из более раннего "лос-анджелеского" периода составило новый, давно ожидаемый диск "In Extremis" , который вышел на Cuneiform в сентябре 1998 года.

С этим новым диском, я понял, что достиг нового уровня целостности и зрелости, и все еще удержался на стыке рок-музыки и экспериметов. Критики и слушатели оказались единодушными на похвалы. Диск все еще выпускается и пользуется популярностью у новообращенных поклонников "авант-рока/RIO". Gnosis обозначил этот альбом как лучший в 1998 году, ну и был назван как один из лучших дисков прогрессивного рока в 90-х. Thinking Plague быстро встала на ноги. Нам нужно было выходить и играть.

Появление - эфемерный флирт с концертным искусством.

В 1999 году Thinking Plague выступили на фестивале Progday - это было наше второе выступление с 1991 года - там мы произвели фурор среди прогрессивной и авангардной толпы. Правда, некоторые поклонники мелодического прога трусливо покинули зал во время нашего выступления. Поклонники, которые остались единодушно и бурно приветствовали нас, а в Интернете после этого долгое время не утихали страсти. Это был состав In Extremis, кроме Шейн Хотл, которая так и не присоединилась к нам после спячки 90-х. Ровно за месяц до фестиваля, у нас появился молодой талант по имени Мэтт Митчел, он играл на Progday, равно как и потом. После фестиваля мы гастролировали по восточным и среднезападным штатам, а также выступили в Knitting Factory в Нью-Йорке и других известных местах.

В июне 2000 года группа поучаствовала в другом фестивале - NEARFest. Концерт записал Майк Поттер с Orion Studios, и после трех лет лежания на полке, наше выступление было смикшировано Бобом Дрейком и выпущено в 2004 году как концертный диск "Thinking Plague: Upon Both Your Houses". А в июле группа отправилась в Европу играть на древних римских руинах в Театр Антик на фестивале MIMI.

Пост-модерновое анти-ностальгическое возрождение.

Тем временем, после кучи попыток перенести информацию с четвертьдюймовых лент, BETA, VHS, DAT-форматов, я все-таки осилил собрать воедино
композиции первых двух альбомов Thinking Plague на одном диске. Эти пластинки долгое время были недоступны и были кошмарно записаны. Мы предложили Cuneiform Records перевыпустить все это на диске (точнее, мы предложили сделать это Стиву Файнгенбауму). Боб Дрейк согласился реставрировать имеющиеся вещи для этого релиза. Так что в сентябре 2000 года "Early Plague Years" были выпущены на Cuneiform в качестве диска со всем своим жестким и прямолинейным звучанием. В результате наша новая и бОльшая чем раньше толпа слушателей могла оценить то, что Thinking Plague играли раньше. Тем более что 20 лет этого сделать было нельзя.

Спад и метаморфозы.

После последнего концерта в Италии в августе 2000 года, Дэйв Керман отправился в Словению, Францию, а потом в Израиль, где он провел свои следующие три года. Он писал и исполнял музыку на субсидии Израильского правительства. Затем он присоединился к бельгийским авант-рокерам Present и записал альбом с израильской группой Ahvak (не говоря уж о следующем диске 5uus - Abandonship).

Тем временем я работал над новым материалом для TP, не смотря на уход Кермана. На самом деле я искал нечто новое среди барабанщиков для своей новой музыки. Может быть что-то более утонченное "этническое" и не такое "рррррезкое", как у Дэйва. Так получилось, что некоторое время я общался с Дэвидом Шэмроком, барабанщиком и основателем группы Sleepytime Gorilla Museum. Мы переписывались по вопросам композиторства и прочим вещам. Он присылал мне диски с его новыми композициями, а после позвал сыграть на гитаре к тому, что позже превратилось в диск "Thin Pillow". Хочу раскрыть одну тайну, на самом деле использовал не все то, что я сыграл для него. Он хотел записать все акустическими гитарами, в то время как я некоторые партии заменил электрическими, думал ему понравится, когда он услышит. Не вышло. Он выбросил их и сам сыграл (черт, он отличный гитарист, на самом деле, я ему не был нужен). Тем не менее, я спросил его, не хотел бы он присоединиться ко мне и сыграть на барабанах для нового альбома TP, он согласился.

Итак, я послал аранжировки на дисках Дэвиду, над которыми он поработал несколько месяцев. Потом мы полетели с ним в Денвер и провели три дня в студии Марка МакКойна (Brave New Audio, где был записан Regarding Purgatories группы 5uu's). На протяжении этого короткого времени Дэвид наложил все партии барабанов и большую часть перкуссии. Грустно, конечно, но стоит признать, что это был самый сильный вклад Дэвида в творчество группы Thinking Plague. Он никогда не репетировал с группой и виделся-то всего лишь с некоторыми из нас. Можно сказать, он был для нас как очень техничный "сессионный барабанщик". Он никогда не интересовался гастролями с группой и полностью посвятил себя написанию и исполнению собственной музыки. Впрочем, я его понимаю.

В остальном же новый проект был тоже самое, что группа 1999-2000 годов, минус Керман, плюс Шемрок. Большинство материала было написано в период с 1999 по
2002 год, но была здесь одна пьеса, которая являлась частью никогда не выходившей сюиты "Kingdome Come" (ссылка на 7-й трек альбома "In Extremis"), которую я решил использовать в качестве многотрековой фортепьянной вещи. Мэтт Митчелл оставался в моем доме во время репетиций и периодически играл что-то на нашем фортепиано. Я посчитал это настолько отличным, что предложил ему что-то из подобного записать на новый диск. Вот как появилась на свет серия Marching as to War. Так же я написал песню "The Underground Stream", основанная на фортепьянной импровизации, в которой, как мы выяснили позже, на гастролях, отлично
специализировался Мэтт. Мы всегда включали импровизации Мэтта в наши шоу, что позволяло меняться им выступление от выступления. Отличный пример такой импровизации можно услышать на Upon Both Your Houses.

Во время написания и записи этого материала, прошел концерт нашего саксофониста Марка Харриса в местном университете. Он начал с собственной композицией, которая меня просто убила неотступной безмятежностью и необыкновенной саксофонной техникой. Я решил, что эту вещь просто необходимо записать и придать огласке. Потом до меня дошло, что эта вещь будет потрясающе сочетаться с тем, что Thinking Plague записали для нового диска. Марк с удовольствием согласился и сказал, что то выступление, свидетелем которого я был, записывалось на диск и дал мне запись. Марк МакКойн немного его обработал, но вся его работа заключалась всего лишь в очищении и уплотнении записи, никаких эффектов не было добавлено, все, что вы слышите - это полностью заслуга необыкновенной техники Харриса и его альт-саксофона. Я его спросил, как называется композиция, на что Марк ответил, что не знает, но не прочь бы назвать ее "Least Aether for Saxophone". Так мы и сделали.

Я провел несколько лет, записывая новый диск, работая вместе с друзьями, которые написали мне стихи, изучая дома современные компьютерные технологии (потенциально нервный процесс, кстати), приготавливая ноты для музыкантов с их партиями и организовывая студийные сессии. Записи проходили в Brave New Audio и на моем чердаке, который я назвал Dank Studios.

В первую большую сессию (5-6 дней) прилетела Дебора Перри и записала все свои вокальные партии (4, а иногда и 6-8 различных частей), наложения, партии второго голоса и прочее необходимое. И все это она сделала с болью в спине, которая ее не отпускала все время. Между записями я водил ее к местному хиропрактику, чтобы она могла дальше продолжать работать над альбомом. Она настоящий боец!

Когда все композиции были закончены, я принес все материалы в Brave New Audio и вместе с Марком МакКойном свел их за 4 месяца. Порой у нас было до 60 дорожек, куча миди-треков, плюс дорожки со спецэффектами, которые мы создавали прямо в студии с помощью всех этих примочек из его огромной библиотеки эффектов. Он никогда до этого не работал над таким большим проектом, а я впервые сводил альбом без интуиции Боба Дрейка. Нам нужно было многому научиться друг у друга. Мы старались достичь того духа "органичного" квазиакустического, но все еще рокового звучания. В результате, как я думаю, мы проделали отличную работу, хотя многие, кому рок-элементы нравятся больше, чем классические, авангардные, этноакустические могут со мной не согласиться.

Я долго думал, как назвать диск. Я знал, что он должен был быть связан с историей, с умопомешательством, жесткостью, безнадегой и новоприобретенной надеждой. Источником всех стихов альбома стали стихи средневековья, посвященные жесткому и лицемерному обращению с еретиками Европы. Я попытался проложить параллели с нынешним положением вещей. Одно название, которое пришло мне на ум, было "Histories and Heresies" (Истории и Ересь), которое мне очень нравилось, но чертовски напоминало об альбоме Univers Zero. Ну а затем появилось название "A History of Madness" (История Безумия). Оно должно было напоминать о том, что в истории человечества бывали моменты полного безумия и о том, что именно этот альбом рассказывает об этом (хотя это очень сложная задача). Или должно напоминать об историях собственного безумия слушателя. Сначала Стив из Cuneiform был не очень доволен названием, посчитав его слишком громким заявлением, но потом, в результате долгих прений со мной и прослушивания нескольких композиций альбома он согласился. В результате
после долгих лет работы, новый диск группы Thinking Plague под названием "A History of Madness" вышел в свет осенью 2003 года.

Я понял, что Стив из Cuneiform рисковал очень сильно, выпуская альбом. Рисковал и финансово и в других аспектах. Я очень обязан ему и хочу вновь и вновь поблагодарить его за то, что поверил в этот проект и дал ему шанс. К сожалению, диск не получил такой популярности, как "In Extremis", но я знаю, что скоро его расслушают и признают как лучшую запись, по крайней мере лучшую запись Thinking Plague. Но это еще в будущем.

На этом я и остановлюсь, пожалуй.

© 2005 Michael Johnson
© Перевод с английского - Алексей Петухов, март 2006

Ссылки
Неоффициальные сайты: 

Новые пользователи

  • Мурат
  • Goblin2008
  • Elenaeva
  • павел плавич
  • tauwecknonpmat1983

Сейчас на сайте

Сейчас на сайте 0 пользователей и 8 гостей.

(i) На сайте не хранятся файлы, защищенные авторскими правами. Все музыкальные файлы находятся на сторонних серверах, к которым мы не имеем отношения. Ссылки на них взяты из общедоступных источников в сети интернет.